Константин Паустовский

ЛЮБЛЮ ЧИТАТЬ | Книги

У моего отца в 9-томнике Паустовского хранится старая фотография из журнала «Огонек» — Константин Георгиевич Паустовский и на коленях перед ним великая Марлен Дитрих. Историю эту мало кто помнит сейчас, а те, кто помнят зачастую считают легендой и часто искажают в восторженных пересказах...

В 1964 году знаменитая немецкая актриса приехала в Москву, и один из ее концертов проходил в Центральном доме литераторов. После выступления актрисе задавали разные вопросы, спросили и о том, знакома ли она с творчеством современных советских писателей. Без раздумий Дитрих назвала Паустовского, и сказала, что его рассказ «Телеграмма» — ее любимое произведение.

Зрители принялись аплодировать актрисе, и кто-то крикнул, что Паустовский сейчас в зале! Марлен Дитрих попросила его выйти к ней на сцену, и это был, по словам дочери писателя, «абсолютно героический поступок, поскольку он уже плохо видел — был почти слепой», а недавно перенес очередной инфаркт. Когда Паустовский поднялся на сцену, великая Дитрих опустилась перед ним на колени.

Существует единственная фотография этой сцены, сделанная фотолюбителем, потому что абсолютно все присутствовавшие были в шоке, таким признанием величия русского писателя.

К сожалению, в Интернете сейчас можно встретить искаженную информацию об этом событии, дескать, больного, умирающего Паустовского вытащили из кровати в больнице, где он лежал после перенесенного инфаркта, наскоро одели, причесали, и буквально в полчаса доставили в ЦДЛ после слов Марлен Дитрих о том, что она "хотела бы увидеть Паустовского". Это, конечно же, не соответствует истине.

Сама Марлен Дитрих так описывает этот случай в своей книге "Размышления":

"…Однажды я прочитала рассказ „Телеграмма“ Паустовского. (Это была книга, где рядом с русским текстом шёл его английский перевод.) Он произвёл на меня такое впечатление, что ни рассказ, ни имя писателя, о котором никогда не слышала, я уже не могла забыть. Мне не удавалось разыскать другие книги этого удивительного писателя. Когда я приехала на гастроли в Россию, то в московском аэропорту спросила о Паустовском. Тут собрались сотни журналистов, они не задавали глупых вопросов, которыми мне обычно досаждали в других странах. Их вопросы были очень интересными. Наша беседа продолжалась больше часа. Когда мы подъезжали к моему отелю, я уже всё знала о Паустовском. Он в то время был болен, лежал в больнице. Позже я прочитала оба тома „Повести о жизни“ и была опьянена его прозой.

Мы выступали для писателей, художников, артистов, часто бывало даже по четыре представления в день. И вот в один из таких дней, готовясь к выступлению, Берт Бакарак и я находились за кулисами. К нам пришла моя очаровательная переводчица Нора и сказала, что Паустовский в зале. Но этого не могло быть, мне ведь известно, что он в больнице с сердечным приступом, так мне сказали в аэропорту в тот день, когда я прилетела. Я возразила: „Это невозможно!“ Нора уверяла: „Да, он здесь вместе со своей женой“. Представление прошло хорошо. Но никогда нельзя этого предвидеть, — когда особенно стараешься, чаще всего не достигаешь желаемого.

По окончании шоу меня попросили остаться на сцене. И вдруг по ступенькам поднялся Паустовский. Я была так потрясена его присутствием, что, будучи не в состоянии вымолвить по-русски ни слова, не нашла иного способа высказать ему своё восхищение, кроме как опуститься перед ним на колени. Волнуясь о его здоровье, я хотела, чтобы он тотчас же вернулся в больницу. Но его жена успокоила меня: „Так будет лучше для него“. Больших усилий стоило ему прийти, чтобы увидеть меня. Он вскоре умер. У меня остались его книги и воспоминания о нём. Он писал романтично, но просто, без прикрас. Я не уверена, что он известен в Америке, но однажды его „откроют“. В своих описаниях он напоминает Гамсуна. Он — лучший из тех русских писателей, кого я знаю. Я встретила его слишком поздно."

Эффектный и импульсивный поступок блистательной Марлен оказался причиной несколько неловкой ситуации, последовавшей за ним.

Из воспоминаний Галины Арбузовой, дочери Алексея Арбузова и падчерицы Константина Паустовского:

"Константин Георгиевич очень хотел пойти на концерт Марлен Дитрих в Дом литераторов, но врачи его не пускали (у него было несколько инфарктов и тяжелая астма). Кроме того, он только что выписался из больницы. Но его любимый домашний врач, Виктор Абрамович Коневский, сказал: "Ну хорошо, я пойду с вами".

После концерта Марлен Дитрих задали несколько вопросов: "Знаете ли вы русскую литературу?", "Есть ли у вас любимый русский писатель?" Она сказала: "Я люблю Паустовского, и особенно его рассказ "Телеграмма". Когда она это сказала, то по залу пошел шумок: "Паустовский здесь, Паустовский здесь..." Переводчик ей это перевел, и она стала смотреть в зал, думая, что писатель сейчас поднимется. А Паустовский (он был застенчивым человеком) не вставал. Тогда зал стал аплодировать, как бы вызывая его на сцену... В конце концов, Константин Георгиевич вышел, и тут Марлен, не говоря ни слова, встала перед ним на колени в своем вечернем платье, расшитом камнями. Платье было таким узким, что нитки стали лопаться и камни посыпались по сцене. Люди, думая, что это драгоценные камни, бросились их собирать, чтобы отдать ей. А Марлен в своем узком платье стояла на коленях и сама не могла подняться. Доктор Коневский подбежал к сцене и сказал Паустовскому: "Ни в коем случае не поднимайте!"

Паустовский несколько мгновений стоял в растерянности. Наконец, Марлен помогли подняться, Паустовский поцеловал ей руку, и неловкость исчезла".

После отъезда из СССР Марлен Дитрих прислала Константину Геогиевичу три своих фотографии. Через пять лет после их встречи В ЦДЛ он умер.

А вот рассказ Паустовского "Телеграмма", который так впечатлил Марлен Дитрих:
http://www.litmir.co/br/?b=5779

#Евгения_Астрова_мои_рецензии
#ПаустовскийИ короткометражный фильм 1957 года "Телеграмма": https://www.youtube.com/watch?v=Sx_0gO8TSIU&featu..

Паустовский, Константин Георгиевич — Википедия